The Last

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » The Last » Прошлое » В гостях у Северуса (предупреждение 18+)


В гостях у Северуса (предупреждение 18+)

Сообщений 1 страница 30 из 41

1

Время: через пару дней после освобождения Люциуса. 1997 год
Место: Паучий Тупик
Участники: Люциус Малфой, Северус Снейп

2

Люциус задумчиво крутил в руке конверт. Пояснение было кратким и очень понятным, но оставшись наконец в одиночестве он всё смотрел на него и не открывал. Внутри явно  был порт-ключ. Всегда занятые и часто желающие скрыть свои перемещения, они нередко прибегали к такому быстрому и эффективному способу устроить встречу. Взгляд снова перечитывал строчку “когда будет время”. Трусость говорила, что с такой формулировкой можно визит и отложить на несколько дней. Здравый смысл замечал, что за несколько дней ничего кардинально не изменится. Он не перестанет напоминать то ли призрак то ли скелет. За это время невозможно успеть восстановить психику после года одиночной камеры. И уж точно за это время никуда не денется чувство вины, из-за которого Люциус и боялся идти на эту встречу. Как после этого непреложного обета теперь смотреть ему в глаза?
Люциус схватил палочку и накинул мантию. Появившаяся привычка разговаривать с самим собой и разделять себя на личности, которые обычно ругаются или тянут в разные стороны, имела и положительную сторону - неугодную личность можно далеко и надолго послать. Особенно если ты больше года не видел любимого человека и вам есть и что сказать друг другу и о чем помолчать на двоих. Пока снова не появился тот кто начнёт представлять и обдумывать будущий разговор, пальцы быстро вскрыли конверт и сжали мигом потеплевший порт-ключ.
Аппарация и порталы непередаваемо сочетались с его состоянием, похоже его так не подташнивало от них даже в школе. Пережив короткое головокружение, Люциус оглянулся. Знакомая гостиная, приятный приглушённый свет и хозяин дома в своём любимом кресле с книгой. Точнее с уже отложенной, потому что трудно в таком небольшом помещении появиться незаметно.
- Северус, - вместо заготовленного приветствия вырывается у него.
И Люциус улыбается, потому что эта гостиная и Северус с книгой, на пару мгновений заставили его забыть обо всех ужасах последних двух лет. Будто всё это ему приснилось и можно будет за бокалом огневиски рассказать другу страшный сон и забыть его.

3

Оставляя Люциусу записку, Северус не слишком надеялся на скорый визит. Он бы не удивился, реши Люциус вообще проигнорировать ее. Слишком многое случилось за этот год, и не все из этого можно было простить. И тем не менее, Северус не мог перестать думать о предстоящем разговоре – он прокручивал в голове сотни сценариев, и ни один из них не был безоблачным. Не добавляло оптимизма и то, что на днях должны были состояться похороны Альбуса.
В попытке отвлечься он взялся за книгу, но вместо чтения большую часть времени мрачно смотрел на аккуратные строчки, даже не пытаясь вникнуть в их содержание. Поэтому, когда посреди гостиной появился Люциус, Северус отложил ее почти с облегчением.
- Люциус, - коротко отозвался он, поднимаясь на ноги.
То, что он видел, с трудом можно было назвать тем человеком, которого он всегда знал. И без того бледная кожа приобрела болезненный сероватый оттенок, глаза обводили темные до черноты круги, извечно поджатые губы потрескались, а скулы стали до того острыми, что возникало настойчивое желание накормить Люциуса сытным обедом. Прежними были только осанка и улыбка – ее он помнил слишком хорошо, чтобы не узнать.
Северус хотел бы улыбнуться в ответ, но острое, выжигающее дотла чувство вины, разрывающее грудную клетку, сделало бы ее фальшивой, а лживые эмоции были последним, что им сейчас было необходимо.
- Рад, что ты вырвался, - он поднялся на ноги и взмахом палочки пододвинул кресла к столу.
Чертовски хотелось обнять и сказать какую-нибудь малозначительную ерунду. Притвориться, будто не было этого невыразимо долгого года. Но Северус опасался, что это будет воспринято как жалость, а этого ему хотелось сейчас меньше всего, поэтому он просто смотрел, не в силах насмотреться, пока не вспомнил о банальном гостеприимстве.
- Присаживайся. Выпьешь что-нибудь?

4

Люциус глянул на передвинутые кресла и занятый большей частью книгами столик. Он тоже любил книги, но когда оказывался здесь начинал думать, что вообще ничего не знает о том как нужно это дело любить. Подняв взгляд обратно на Северуса он сделал ещё один шаг к нему.
Прошёл целый год с последней странно закончившейся встречи. Каждый из них окунулся в свой личный ад. Люциус не сомневался, что убийство Дамблдора не было чем-то лёгким и ничего не значащим для Северуса. Но если начать говорить об этом вслух он снова получит знакомую отповедь про подсчёт взаимных услуг. Мысль о том, что после такого Северус имел полное право вообще больше не желать его видеть, прошлась морозом по спине. Но ведь он пригласил его сам. Скорее всего конечно есть какое-то дело и то, что нужно обсудить…
Он шагнул снова и с легкой усмешкой от того, как выглядит его задумчивое игнорирование предложения и вопроса, мягко коснулся ладонями талии Северуса. Движение позволяющее легко отстанится если это неприятно или шагнуть навстречу, завершая объятия. Он уже извинялся однажды за то, что молчал столько лет, теперь если что придёт черёд извиняться за излишнюю инициативу.

5

Напряжение, струной натянутое между ними, лопнуло с тонким, надрывным звуком, вместе с этим незаконченным объятием. Северус рвано выдохнул и послал все к черту, дергая Люциуса к себе за шею и жадно впиваясь в его губы поцелуем. Он впивался в них почти с яростью, словно дорвавшийся до воды путник, измученный долгой дорогой.
Он спустился ладонями по спине, прижимая Люциуса к себе настолько крепко, насколько могли позволить подрагивающие руки. Чувство вины сплеталось с болью потери и невероятным, опустошающим облегчением. Северус и сам не подозревал, как силен в нем был страх больше никогда не увидеть этого лица. Сейчас, в этом остервенелом, почти грубом поцелуе, он мог признать себе, что готов был принять что угодно – ненависть, презрение, слабость, даже страх, отразившиеся в этих глазах, - лишь бы иметь возможность увидеть их еще раз.
Северус целовал – самозабвенно, бездумно, срываясь с жадности на нежность, то прикусывая, то едва касаясь теплых, мягких – таких живых – губ, и не мог успокоиться, насытиться, перестать. Где-то на задворках сознания это пугало его до безумия – вновь потерять контроль, поддаться слабости, уступить чувствам, - но почти физически ощутимая жажда не давала ему опомниться.
Этот поцелуй, казалось, длился целую вечность, пока Северус, наконец, не заставил себя оторваться от губ Люциуса и выдохнуть с нервным смешком:
- Паршиво выглядишь.
Он рассмеялся, еще раз целуя Люциуса.
- Мерлин, как я рад тебя видеть.

6

Голова кружилась уже не от аппарации а от нахлынувших чувств и ускорившегося пульса. Они яростно прижимали друг друга к себе, как будто желали стереть границы физических тел. И целовались, без слов пытаясь выразить всю боль этого года, весь страх друг за друга и горячее желание больше не разжимать этих объятий. Кажется если бы их сцепленный кокон не имел четырёх ног, Люциусу бы грозило искать где-нибудь опору, до того нахлынувших, долго скрываемых чувств было много.
Замечание о его внешности заставило усмехнуться. Ещё собираясь сюда это волновало его, но сейчас было таким неважным.
- Ты не представляешь насколько это взаимно, - он улыбнулся и снова поцеловал его нежно и мягко, - я люблю тебя. Я так рад, что ты жив.
Тут бы добавить “и в порядке”, но какой уж тут порядок… Но всё же метаясь в пределах каменного мешка, его воображение могло подсовывать столько разных вариантов, что ещё не очухавшись после побега и разговора с Лордом, он первым делом устроил Нарси “допрос с пристрастием” обо всём, что успело случиться.

7

- Я старался.
Северус усмехнулся, проводя пальцами по чужой щеке, и слегка ослабил объятие. Стоило заканивать с поцелуями, если они надеялись на хоть в какой-то степени содержательную беседу, а поговорить им было о чем - настолько, что он был бы рад, окажись тем для обсуждения меньше вдвое.
- Я тоже тебя люблю.
Ему много стоило произнести это, но Севрус знал, что отмолчаться и в этот раз у него не выйдет. Не потому, что Люциус ждал от него взаимного признания, а потому что в нынешнем состоянии ему необходимо было это услышать. К тому же, за этот год Северус сотню раз успел пожалеть о том, что не сказал этого прежде. Слишком уж велик был шанс, что Люциус и вовсе не услышит от него этих слов.
Северус позволил себе еще один короткий поцелуй и отстранился, жестом указывая Люциусу на кресло.
- Садись, я налью нам что-нибудь выпить.
Обсуждать события прошедшего года без выпивки он категорически отказывался. Северус спустился в.небольшой погреб, снял с полки бутылку скотча и вернулся в комнату. Призвав с кухни стаканы, он разлил напиток и наколдовал лед прямо в них.
- Как ты? - поинтересовался он, устраиваясь в соседнем кресле.

8

Он охотно опустился в предложенное кресло и проводил Северуса взглядом. Кажется ему на какое-то время и без алкоголя хвалит опьянения. До того как были произнесены эти слова он даже не отдавал себе отчёт насколько они были ему нужны. Он давно привык смотреть не на слова Северуса, а на реальное его отношение и делать выводы из его поступков, а не молчания. Но одно дело диапазон твоих интерпретаций, часть из которых может быть иллюзией только от того, что слишком желанна или слишком пугающа. И совсем другое слышать наконец слова от того, кто ими совсем не привык разбрасываться. По ощущениям это проходило на то, как если бы его сердце и лёгкие годами сдавливала когтистая лапа, которую он уже почти не замечал, и только сейчас отпустила.
Потому на вопрос “как ты” он немного промедлил с ответом, понимая что в его положении интересуются более общим положением дел, чем в данный корректный момент.
-Трудно сказать. Могло быть сильно хуже, но я не рассчитывал и на такое… моя ошибка, не спорю, но моих пламенных чувств к одной знакомой нам личности это не отменяет.
Он ещё немного промедлил разглядывая как отсветы камина играют в бокале.
-Мне страшно, за последний год мне настолько осточертели страх и бессилие… А ещё бессильная ярость. Никогда настолько сильно не был в отчаянии. Но я действительно рад снова видеть тебя и семью живыми. Осталось осознать что я тоже ещё жив, а значит могу попытаться хоть что-то сделать.
Он посмотрел на Северуса и по лицу проскользнула слабая улыбка.
-У меня к тебе взаимный вопрос - как ты?
“Как ты после всего этого? Могу ли я что-то сделать? Хотя бы выслушать тебя или твоё молчание, как вариант. Как мне отблагодарить тебя за жизнь моего сына и мою свободу? Что ещё могло случиться за этот год о чем Нарси не могла даже знать?”

9

Вопрос был сложным. Как и ответ на него. Северус сделал глоток из бокала и опустил взгляд, рассматривая постукиваюшие друг об друга кусочки льда.
- Я стараюсь об этом не думать, - он криво усмехнулся. Это был самый честный вариант ответа из возможных. В последние годы он вообще иногда забывал о том, что имеет право чувствовать хоть что-то. Сухие, рассчитанные до мелочей решения и разумные, взвешенные на чашах полезности эмоции были единственным, что он себе позволял. За это время он прекрасно научился отодвигать чувства, воспринимать их, как что-то маловажное и несущественное. Поэтому сейчас, когда они решили взять реванш, он с трудом мог подобрать определение всему, что чувствовал. Горечь потери, злость, чувство вины, стыд, досада - все это были всего лишь слова, не более. Они не выражали и половины того, что он ощущал.
- Завтра похороны.
С его стороны было крайне неразумно появляться на них даже под оборотным, но не пойти туда он не мог.
- Это, пожалуй, лучше другого говорит о моем состоянии.
Он фыркнул, делая еще один глоток.
- Насчет Драко и метки, - Северус рвано выдохнул, стискивая зубы, - я...

10

Люциус отставил бокал и развернулся к Северусу, ловя его ещё не произнесённую эмоцию. Такую знакомую и так отчаянно разрывающую грудную клетку. Настолько что он сам едва разжал зубы, чтобы ответить.
- Ты сделал больше чем кто-либо мог. Посылая ребёнка против сильнейшего мага Он, я уверен, не рассчитывал на успех, а просто желал изощрённо от него избавиться. При таком раскладе больше тебя не сделал бы никто.
Люциус рвано вдохнул, пытаясь сам не погрузиться в трясину чувства вины и ненависти к своему бессилию. Это он должен был защищать семью, а не прохлаждаться на индивидуальном “курорте”, пока тут буйствует сваливший на него все грехи Лорд.
Он даже не был уверен уместны ли будут какие-то слова благодарности, или лучше начать с извинений, в виду того, что Северуса просто вынудили принести этот Обет. Ведь есть неслабая вероятность, что не будь этого заклятья Дамблдор был бы жив и у Британии ещё оставался бы шанс не допустить к победе темного тирана. Люциус отдавал себе отчёт, что у Драко было бы тогда меньше шансов остаться в живых, а у него не было бы шансов выйти на свободу, но в масштабах этой войны принёс ли бы всё ещё Северус такую жертву? Были ли другие варианты защитить Драко от гнева Лорда?
- Если бы не Белла Нарси бы не требовала с тебя Обета, она просто была в панике и отчаянии. Но ей бы не пришло в голову диктовать тебе условия помощи…
У неё просто отняли того, кто обычно принимал на себя все эти эмоции, успокаивал и шёл решать проблему их вызвавшую. Северус давно стал негласным членом их семьи и помощь тогда ещё маленькому Драко сыграла в этом решающую роль. Не удивительно, что Нарси бросилась к нему. Он был благодарен, хотя бы за это, что на свете был ещё человек к которому могла прийти его семья в самый отчаянный момент.

11

Северус криво усмехнулся. Благодарность Люциуса впивалась иглами под кожу, царапая и жаля больнее целого роя пчел. Но самым противным было то, что даже признаться в том, что она незаслуженна так, чтобы это не было принято как ложная скромность, он не мог. Мысль о том, что на самом деле Люциус должен благодарить Альбуса, вызвала мрачный смешок. Судьба иногда преподносила такие сюрпризы, что голова шла кругом.
От мысли о том, согласился ли бы он на подобное добровольно, становилось тошно, потому что Северус не был уверен, что смог бы защитить Драко так, как Люциус думал.
- Нарцисса сделала это ради сына. Тебе не нужно за нее извиняться. Я бы не принял Обет, если бы не хотел. Никто меня не вынуждал.
Даже Белла могла идти к черту со своими подначками. Не попроси его Альбус об этой "услуге", Обет скорее всего не состоялся бы.
- Я сделал куда меньше, чем ты думаешь.
Он прочистил горло и сделал глоток из бокала, запивая несказанное.
- В любом случае, я рад, что смог сделать для Драко хотя бы это. Как он?
В последний раз он видел его, когда передавал его ч рук на руки Нарциссе после Астрономической башни, и выглядел он тогда не лучшим образом.

12

Люциус тоже наконец отпил из бокала, не особо разбирая вкус напитка. Северус говорил странно и его слова вызывали вопросы, но они не будут заданы. Скорее всего никогда, и уж точно не сегодня. Похоже правды о том, что же произошло на этой чёртовой башне, он не получит ни от одного из них.
- Уверяет, что он в порядке. Это уже неплохо, если у него есть силы на такие утверждения. Нарси конечно будет другого мнения. Я рад, что хотя бы ей он рассказывает правду.
Он никогда не хотел быть каким как Абраксас, он любил сына и собирался быть ему опорой и поддержкой. Как он оказался от него почти таким же далёким как был когда-то для него Абрасксас? Когда он проходил мимо портретов предков, ему начинало казаться, что это фамильное проклятье.
- Я рад, что у него не вышло убийство. Есть целый ряд вещей, которые я бы не хотел, чтобы по моим стопам проходил мой сын… Хотя вряд ли Лорд теперь оставит его в покое...

13

Покой им только снился. Северус сделал глоток, мрачно наблюдая за пламенем, жадно облизывающим поленья в камине. Если подумать, для него все сложилось, как никогда, хорошо - Драко был избавлен от необходимости убивать самому могущественного из известных ему волшебников, Люциус оказался на свободе, а сам он заполучил доверие Лорда. Только вот это лишь усугубляло пожирающее его изнутри чувство вины.
- Насколько я понял, Лорд хочет занять мэнор?
Он даже представить себе не мог, каково это - вернуться в дом, в котором ты доживаешь хозяином последние несколько дней. У него всегда был этот дом - пусть он и не слишком его любил, - в который можно было уйти в случае необходимости побыть в одиночестве. Конечно, у Люциуса оставался охотничий домик - возможно, были еще какие-то убежища на подобный случай, но вряд ли это можно было назвать домом в полном смысле слова.
- Я могу чем-то помочь?
Он даже не знал, о чем конкретно говорил. О доме или о каких-то посторонних вещах. В любом случае, спросить Северус должен был. Лорд готовился занять Министерство, готовился к полноправному захвату власти, а он только и мог думать, что о завтрашних похоронах и том, как помочь одному из последних оставшихся близких ему людей. Хоть чем-то. Лишь бы не ощущать это отравляющее самую его суть бессилие.

14

Люциус сжал руку в кулак, чувствуя как ногти впиваются в ладони. Он не мог сказать, что оккупация менора была худшей из его бед. Всё же это просто особняк, а не живые близкие люди. Но кроме просто стен его фамильное гнездо было наполнено людьми давно мёртвыми - его предками. Всеми теми кто делал из него больше чем Люциуса, кто делал из него Малфоя.
- Ты рискуешь нарваться либо на километровый перечень какой-то ерунды или на печальное “чем уж тут поможешь”. Я целыми днями хожу по поместью и собираю всё, что может чем-то не угодить Лорду. Вплоть до слишком болтливых портретов. А вместо этого тянет усилить родовые заклятия, забаррикадироваться и держать там оборону, как будто это последний рубеж.
Люциус вздохнул, с усилием распрямляя ладонь.
- Если бы был шанс, что это и правда поможет - низачто бы не впустил его.
Но какой смысл прятаться от того, кто в ближайшем будущем будет иметь свободный доступ в любой дом? Только провоцировать.
- Да, мне всё-таки нужна твоя помощь. Год Азкабана дал мне много времени для эмоций, раздумий и тренировок в контроле над разумом. Я бы хотел проверить уровень своей окклюменции и убедиться, что он хотя бы не упал после сводящей с ума одиночной камеры.
Он посмотрел в тёмные глаза, понимая, что выглядит сейчас так будто попытка проникнуть в его разум может его прикончить. Но во-первых это была только физическая слабость, а во-вторых Лорд его состояний выбирать не будет. Он будет рядом круглосуточно в любое время дня и ночи.

15

Северус перевел взгляд с Люциуса на стакан с виски и обратно.
- Надеюсь, не прямо сейчас?
Он не мог сказать, что уже был пьян или хоть немного чувствовал опьянение, но лучше было, пожалуй, не рисковать. Дело было даже не в том, что он боялся потеряться в однообразных полубезумных буднях, проведенных в Азкабане. Северус опасался, что алкоголь ударит в голову в тот момент, когда будет наложено заклинание. В этом случае последствия могли быть непредсказуемыми.
- Предлагаю отложить это до утра.
Он провел пальцами по губам, задумчиво рассматривая Люциуса.
- Если ты, конечно, останешься.
В этом вопросе был еще один момент, который требовалось прояснить. И лучше было это сделаьть сейчас.
- Я хотел обсудить с тобой ситуацию с Эриком, - он прищурился и уточнил. - Лоуренсом. Насколько я понял, вас двоих связывают определенные отношения.

16

Люциус вздохнул и снова отставил бокал на всякий случай. Он старался выкинуть из памяти как несущественное то на чём они расстались в тот день. Но те воспоминания действительно были об Эрике. Только вот откуда взялась фамилия? Северус знает его?
- Скорее “связывали”. Когда всё ещё было мирно и безопасно.
“И мы с тобой шарахались от прикосновений друг друга, надумав себе невесть чего”.
В свете “если ты, конечно, останешься” этот вопрос звучал особенно настораживающе.
“Ну что ж, мы по крайней мере говорим об этом”
- Мы не ссорились и не расставались, просто с возрождением Лорда мне стало важнее держать его подальше от опасности, чем встречаться с ним.
Возможно этими признаниями он опять всё испортит, но сказать, что с Эриком его связывал только секс, он почему-то не мог. Смотрел в такое знакомое любимое лицо и не хотел врать, даже чтобы приукрасить действительность.
Он не представлял насколько всё было бы сложнее, если бы этот разговор происходил при ещё актуальных отношениях с Эриком.

17

С Эриком он тоже обсуждал этот вопрос. Несмотря на то, что разговор был не слишком удобным, тот явно не считал их отношения с Люциусом закрытой темой.
- Ему ты это, по всей видимости, не объяснял, - Северус кивнул.
Когда-то между ними случилась ситуация в похожем контексте, только вот мотивы с Эриком они толковали с точностью до наоборот.
- С его слов я понял, что он списывал редкость ваших встреч на твою занятость.
В отличие от него самого пятнадцать лет назад. Что ж, по крайней мере, можно было не чувствовать себя полным идиотом, раз уж такое объяснение вообще было теоретически возможно. Впрочем, от одного этого факта легче не становилось.
-Последний год он работал в школе стажером под началом Слизнорта.
Северус потер пальцами переносицу и вздохнул, мечтая закончить с этим разговором как можно скорее. Слишком уж он был неприятным с точки зрения этики и морали.
- И ситуация сложилась таким образом... - он стиснул зубы и выдохнул, - что мы с ним тоже сблизились.
Он посмотрел на Люциуса, надеясь, что не придется прояснять детали вслух.
- Я хотел обсудить эту не самую удобную во всех смыслах слова ситуацию с тобой.

18

Первое что ему захотелось это переспросить то ли он услышал и правильно ли понял. Пожалуй если он хотел скрыть удивление стоило отвернуться, но это значило тогда и не считывать всё недосказанное Северусом. А недосказанного был вагон в этом тоне и этом взгляде. “Сблизились”... “тоже сблизились” это уже яснее.
Оказалось всё-таки были новости, которыми его ещё можно оглушить. Интересно, что это было за ситуация такая?
“То есть он, думая, что мы с ним не расставались…”
“С другой стороны ты был в тюрьме. Ждать тебя ни один из них не подписывался. А обстановка предвоенная она видишь ли сближает…”
Да, на самом деле его скорее удивляла эпичность совпадения, того что два его любовника с которыми он странно расстался оказались вместе.
Голос не слишком хотел подчиняться, но пришлось.
- Хорошо. Давай обсудим. Надеюсь ты начнёшь, потому что с моей стороны пока обсуждать особо нечего - я прохлаждался где-то целый год и каждого из вас довольно странно оставил.
Он криво усмехнулся с мыслью “Зельевары. Как вообще они могли не сойтись оказавшись в пределах одного подземелья?”

19

Объясняться, действительно, следовало ему. От осознания того, как это выглядит становилось мерзко, и теперь Северус был даже рад тому, с чего они начали при встрече. Не будь этого поцелуя и признаний, вряд ли Люциус стал бы слушать его дальше. Нет, он не ждал того, что тот сбежит, но вот пробиться до глубины и быть услышанным, Северусу в этом случае бы точно не грозило.
- Я знаю, выглядит отвратительно.
Он сдержал порыв зажмуриться и потереть ладонями лицо - жесты слабости, которые не позволял себе очень давно даже в присутствии Люциуса.
- Но это не отменяет того, что я тебе сказал до этого.
Звучало так, будто он признавался в измене. Впрочем, и ощущал он себя очень похоже. И тот факт, что в последнюю их встречу все было очень зыбким, не извинял его, хоть тогда он скорее и относил к пятому колесу себя.
- И раз уж вышло так, что мы оказались в этой лодке втроем, я хотел обговорить это. Прояснить, чтобы это не стало в один момент самым мерзким из сюрпризов.
Он посмотрел на Люциуса внимательно и спокойно.
-Мы оба нашли в нем что-то.
Что-то, чего не хватало им обоим.
- Я не прошу тебя отказываться от него, и сам не хочу этого делать, так что предлагаю обдумать это и обсудить как взрослые люди без лишних недомолвок.

20

Люциус моргнул и едва заметно нахмурился. Кажется без общения с людьми он начал тормозить в самых важных ситуациях. По крайней мере догонял мысли собеседника он сегодня крайне медленно.
- А с Эриком ты уже… а, да, похоже говорил.
Все мысли в беспорядок на самом деле приводило не само предложение, а то, что предлагал это Северус. Кривая усмешка снова вырвалась помимо воли. Эрик оказался не просто прекрасен - уникален.
- Извини, я озвучу, чтобы ты подтвердил: ты предлагаешь остаться втроём? Вместо стандартных этих всех вариантов с кем-то третьим лишним или скрытности и вранья.
Он мягко улыбнулся, кажется впервые за этот разговор.
- Я тебя обожаю. Но просто это не будет.

21

- Когда я искал легких путей? - он фыркнул - вопрос явно вышел риторическим. Но не услышав в голосе Люциуса издевки, Северус ощутил невероятное облегчение. Только сейчас, когда тон разговора свернул из объяснительного в конструктивное руло, он осознал, что ждал от Люциуса каждой заведомо плохой реакции - почти видел, кау тот молча встает из кресла и выходит из его дома, оставив в нем все, что между ними было и могло случиться в будущем. Если подумать, он имел на это полное право. Отправить любовника в Азкабан и найти себе не просто более молодого,  а еще и, фактически, отбить его собственного - подобая реакция была бы меньшим из зол.
- Я не предлагаю нам жить шведской семьей, - он осекся, понимая, что Люциус вряд ли в курсе подобных маггловских словосочетаний, и махнул рукой, давая понять, что это не важно. - Три пары. Я не считаю, что это будет просто.
Вряд ли им удалось бы вовсе обойти острые углы подобной авантюры.
- Но это лучше, чем прятаться или оставлять кого-то не у дел.
Северус коротко облизал губы и сделал еще глоток из стакана.
- Лжи мне хватает и без этого.
Он мог бы, несомненно, только вот не хотел. Не с Люциусом и не в таких обстоятельствах.

22

Люциус кивнул и откинулся на спинку кресла.
- Это действительно лучше. А со сложностями справимся, было бы у всех троих желание.
Сейчас его настиг нервный смешок от воспоминания о Нарси. Северуса она принимала и даже если узнает, что они снова не только друзья, не удивится. Но вот от подобных подробностей её лучше беречь. Всё равно в ближайшее время ему не очень-то грозит праздная жизнь и время на личные встречи. Интересно выходило, что от Нарси он не видел ничего зазорного скрывать своих любовников, а вот от Северуса был не готов. Как он там выразился? “Самый мерзкий из сюрпризов” - и это относилось к каждому из них.
- С Эриком ты это обсуждал? Он не против? - Люциус вдруг улыбнулся, понимая, что больше хотел спросить:
- Как он там?

23

- Не скажу, что ему приходится легко, но, в целом, его ситуация куда лучше той, в которой сейчас находимся мы.
Про Орден он упоминать не стал. Раз уж Люциус стрался оберегать Лоуренса, лучше ему было не знать. Они оба ходили по лезвию вот уже не первый год, но им, в отличие от Эрика, это было не впервой. Может именно этого им обоим не хватало? Чистоты, человека, не выпачканого в той грязи, в которой они увязли по самое горло. В конце концов, они могли обсудить это и сами. Вмешиваться он не собирался.
- Я не обсуждал это с ним так, как сейчас с тобой, но он знает про наши с тобой давние отношения и, насколько я понял, не желает отказываться от тебя так просто.
Северус усмехнулся, припомнив тот их разговор. Он был немногим легче этого, и все же, Северус тогда чувствовал себя иначе.
- Для того, чтобы обсудить это прямо, мне нужно было сначала узнать, что ты думаешь на этот счет.
Он не знал, что делал бы откажись Люциус от предложенного варианта. Не хотел думать. Не сейчас. И был рад, что необходимости в этом пропала.
- Поговорю с ним, как только выдастся шанс.
Тот факт, что после случившегося на Астрономической башне, они еще не виделись, он решил не озвучивать. К чему сводить все вышесказанное к потенциально нереальному развитию событий? Эрик, вероятно,уже был в курсе того, кто именно убил Альбуса, и Северус не знал, какой реакции ему следует ждать.

24

Люциус кивнул и сделал пару глотков, наконец распробовав вкус и насладившись теплом алкоголя, прокатывающегося по горлу. Он не особо надеялся ещё когда-нибудь встретиться с Эриком, если честно он не особо надеялся пережить следующие несколько месяцев. Ставшего, как он выразился, бесполезным приспешника Лорд легко может разменять в ближайшем бою. Но само то, что Эрик не готов был “так просто отказаться” от за дело отсиживающего свой срок преступника, почему-то делало жизнь немного краше.
Они оба замолчали явно погруженные в невесёлые мысли о минувшем и предстоящем. Люциус знал что Северус не расскажет многого и ценил каждое слово, которое сегодня прозвучало. Он пил виски в этой тишине и утверждался в спокойной вере, что это наконец-то не игры его разума, а реальность.
По-своему страшная, но в чём-то оказавшаяся даже удивительной.

25

В их общем, разделенном на двоих молчании было что-то тягостное и уютное одновременно. Северус не мог полностью отрешиться от мыслей об Альбусе, но об этом вообще сложно было забыть хоть на мгновение. По крайней мере, между ними тонкой ниточкой тянулось понимание, которое сложно было переоценить. Он скучал по этому чувству. По возможности разделить с кем-то тяжелый момент без объяснения или попытки утешить - какое уж тут к черту утешение? Напряжение последних дней медленно но верно ослабляло хватку на его плечах и шее, больше не угрожая выдавить из него все силы и остатки желания жить.
Северус перевел взгляд со стакана на Люциуса и коротко улыбнулся. Тот выглядел почти как прежде - в отсветах камина были не так заметны круги под глазами и чрезмерная бледность кожи, зато глаза блестели до боли знакомо. Он поднялся на ноги, оставляя скотч на столике и подошел к креслу Люциуса, опускаясь перед ним на корточки и накрывая его ладони своими, словно в попытке согреть. Очертив большим пальцем костяшки, Северус осторожно забрал из его ладони стакан и поставил рядом со своим.
Говорить не хотелось. Слова казались до ужаса банальными и лишними. Они не передали бы и толики того смятения, которое он ощущал. Да и когда слова были его способом демонстрировать чувства? Северус прижал ладонь Люциуса к губам, целуя ее в самый центр, и мягко улыбнулся. Это был чертовски долгий год, и он слишком скучал, чтобы тратить его на разговоры.

26

В груди что-то болезненно сжалось от пронзительной нежности. Люциус тихо выдохнул и провёл пальцами по чёрным волосам. Он не думал, что будет на полном серьёзе хотеть умереть от мысли, что может никогда больше не увидеть этих тёмных глаз. Это не выразить простым “как же я скучал”, но может капельку можно передать нежной почти болезненно невесомой лаской. Он мягко улыбнулся и подавшись вперёд коснулся лбом его лба. Несколько мгновений нежной близости, смешивающей их теплое дыхание, это не голодная жадность - её одной бы не хватило на целый год, это болезненная необходимость дышать одним воздухом именно с этим человеком.
“Ты безнадёжен, Люциус. Я уже говорил? Ну так повторюсь. Это в шестнадцать можно себе такое позволять”.
Но в шестнадцать как раз нельзя ещё узнать что такое отношения длиною в двадцать с лишним лет. Что такое близость, как заслуживается доверие, как звучит молчаливая поддержка и как идти на риски и жертвы по-настоящему, а не в идеальных мечтах. В идеальных мечтах рисковал и жертвовал он один.
Горькая усмешка и легкое прикосновение щеки к щеке. Он до сих пор не мог простить себе того, что это он теперь нуждается в помощи. И дело было уже не в самомнении того кто должен быть сильнее всех, а в чувстве вины за то, что сваливается на того у кого и так жизнь мягко говоря не сахар.
“А что ты хотел от военного времени?”
Он снова посмотрел Северусу в лицо и улыбнулся, касаясь пальцами шеи и скул. По меркам военного времени они живы и у них есть время до завтра. Настоящая роскошь.

27

Эти мгновения были одними из немногих драгоценностей, которые им оставались. Горячая, болезненно обжигающая нежность расползалась в груди, сдавливая ее словно пустой коробок спичек. Северус не помнил, когда в последний раз вообще ощущал что-то подобное. Чем дольше он увязал в этой тройной игре, тем больше ему приходилось скрывать, тем тусклее были воспоминания, тем сильнее он ощущал себя пустым - словно воздушный шар. Чем глубже он погружался, тем больше ощущал себя оболочкой, которая ходит, думает, действует, решает и подчиняется, но не испытывает ровным счетом ничего. Что ж, оболочка умела и ошибаться. Первый раз он ощутил это в момент убийства Альбуса, второй - когда сегодня увидел Люциуса в своей гостиной.
Северус провел кончиками пальцев по шее Люциуса и притянул его ближе, едва ощутимо касаясь губ. Остановиться на этом оказалось невозможно - он покрывал невесомыми поцелуями подбородок, щеки, скулы, веки и лоб. Даже этого было недостаточно, чтобы выразить все, что бурлило в нем сейчас, выжигая и в то же время до краев наполняя смыслом. Он падал, с каждым прикосновением губ к теплой коже, земля словно уходила у него из-под ног и в то же время, он чувствовал, что стоит на ней как никогда прочно.
- Иди ко мне.
Северус поднялся на ноги и протянул руку, всматриваясь в лицо Люциуса с такой жадностью и лаской, на которые и не думал, что способен.

28

Он тонул и возрождался в этой нежности. Так будто эти поцелуи могли вылепить его нового из разбитых осколков. Они не могли отменить предыдущий год, но уже только ради них стоило там выжить.
Это было так естественно слитным движением подняться за ним, вложив руку в его ладонь и не чувствуя обычной слабости в ногах. Темные глаза гипнотизировали его этим непередаваемым взглядом, и Люциус гадал, как жил до этого, в мире где никто на него ещё так не смотрел. Северус сейчас был красивее любого из людей, и Люциус не знал как это выразить. Он только мог провести кончиками пальцев, очерчивая скулы, мягко убрать с лица тёмную прядь и, обняв его за плечи, мягко коснуться его губ поцелуем. Внутри приглушенно бушевала буря из эмоций, из воспоминаний прошлых лет, из всего что составляло их дружбу и из всего, что они скрывали и о чём молчали. Вспыхивали и угасали его метания и сомнения разной степени давности, забирая с собой горечь сожаления.

29

Северус коротко выдохнул, ловя губами чужие губы и притягивая Люциуса за шею. Все, через что они оба прошли в последний год, ломалось, крошилось под пальцами, осыпаясь ненужной шелухой, пылью, из которой состояли ступени к этим отношениям - к тому, кем они оба были. Сейчас все это было где-то там, позади, за их спинами. Оно не оставляло ни на секунду, потому что забыть о таком полностью невозможно никогда, но они оба были живы, они были рядом, они могли поймать этот момент, почувствовать его губами, руками, очертить взглядом. Не это ли было величайшей ценностью?
С трудом заставив себя в который раз оторваться от теплых губ, он потянул Люциуса за собой в спальню. Северусу понадобилось лишь на секунду отвлечься, чтобы взмахом палочки зажечь свечи и расстелить постель. С появлением Люциуса здесь стало гораздо теплее. Он улыбнулся, подходя вплотную и подцепляя пальцем платок на чужой шее. Ему всегда нравилось раздевать Люциуса - в этом было особое удовольствие: смотреть, как вместе с каждой деталью одежды он словно сбрасывает очередной щит.
Северус осторожно развязал слабый узел и стянул гладкую ткань с шеи, чтобы коснуться ее губами. Отстегнув мантию, которая с шорохом упала к ногам, он рвано выдохнул, проводя языком по теплой коже и принялся за пуговицы.

30

Он впитывал каждое мгновение, как величайшую ценность. Внутри всё отзывалось на каждый взгляд, улыбку, прикосновение. Никакие слова бы не выразили то насколько ему было нужно всё это.
Люциус коротко выдохнул, прижимая Северуса к себе за талию, и не удержался от того, чтобы поцеловать его в шею за ухом. Процессу раздевания такая дистанция несколько мешала, но похоже они оба не готовы были её особо увеличить. Люциусу была хорошо знакома жажда и жар, что уже бушевали в жилах, но вот то как это сочеталось с трепетом сжимающим грудную клетку, было ново и почти болезненно.
Он помог справиться со манжетами своей рубашки и стянуть её с себя. Он знал, что выступающие рёбра и шрамы от царапин на руках выглядят ужасно. И в другой жизни это бы даже его остановило от того, чтобы явиться таким к любовнику. От того, чтобы показывать своё несовершенство и слабость.
Люциус усмехнулся, тому как это было бы глупо сейчас. Впрочем, возможно это всегда было глупо...
Острое чувство любви и благодарности почти лишило его дыхания. Неужели это правда не сон? Он снова обнял Северуса, проходясь ладонями по его талии, и мягко поцеловал его в шею.


Вы здесь » The Last » Прошлое » В гостях у Северуса (предупреждение 18+)